
Научная мечта пакистанского докторанта
Автор: GoToPanda|Около 7 мин чтения
В 2018 году Зеб Ауранг отправился из пакистанской долины Сват и прибыл в Нанькайский университет в Тяньцзине.
Долина Сват расположена на севере Пакистана: зелёные долины, прозрачные реки, вдали заснеженные горы. Многие называют её «Швейцарией Пакистана». Ауранг вырос здесь, вскормленный природой и землёй. После окончания бакалавриата перед ним встал выбор: куда пойти учиться в магистратуру?
Он выбрал Китай. «В Нанькайском университете высокий академический уровень, а возможность учиться здесь — это шанс расширить кругозор. К тому же Китай и Пакистан всегда были "хорошими друзьями". Старшие всегда говорят, что Китай — великая страна, поэтому я решил приехать сюда учиться».
Семь лет спустя он показал результаты, удивившие многих: 11 статей SCI в качестве первого автора в авторитетных журналах, участие в более чем 40 статьях SCI и признание «Звездой академической науки» среди ежегодных фигур программы «Восприятие Китая» 2025 года.
Но ценнее этих цифр — путь, который он прошёл, чтобы добраться до этого момента.
Первый барьер: начать с «нихао»
Когда Ауранг только приехал в Нанькай, его словарный запас китайского ограничивался «нихао» и «сесе».
Китайский язык сильно отличается от английского и урду — тоны пиньиня и черты иероглифов приходилось учить с нуля. Первые дни занятий и повседневной жизни были «тихим вызовом» — он с трудом улавливал каждое незнакомое слово, заполняя тетради плотными записями пиньиня и пометками на родном языке; во время научных дискуссий он часто предпочитал молчание, потому что не мог свободно выразить свои мысли.
Но что его удивило — никто не проявлял нетерпения из-за его недостаточного владения китайским. «Преподаватели и однокурсники естественно замедляли речь и использовали более простые слова, чтобы помочь мне понять ход эксперимента».
Это терпение придало ему смелости заговорить. Он начал пытаться выражать свои мысли на занятиях и общаться с однокурсниками в лаборатории на неуверенном китайском. Капля за каплей — накопление стало рекой. Позже он мог не только уверенно вести научные семинары, но даже непринуждённо болтать с продавцами цзяньбина на китайском с лёгким тяньцзиньским акцентом.
Язык из первоначального барьера постепенно превратился в мост, соединяющий его с жизнью.
Второй барьер: прорыв, который принёс водяной шпинат
Исследования Ауранга сосредоточены на науке об окружающей среде, в частности на потенциальном воздействии новых загрязнителей, таких как микропластик и частицы износа шин, на наземные экосистемы.
Это направление было выбрано не случайно. Пакистан — крупная аграрная страна, выращивающая в основном пшеницу, хлопок, рис и другие культуры, но её почвенная среда сталкивается с различными проблемами загрязнения. «Моё исследование началось с заботы об экологических проблемах моей родины», — сказал Ауранг.
Но путь исследований никогда не бывает гладким. Во время докторантуры ключевой эксперимент неоднократно терпел неудачи. Он пробовал эксперименты по воздействию с машем, шпинатом, томатами и различными другими растениями, но прогресс оставался на месте.
Когда он уже был готов опустить руки, его научный руководитель, профессор Лю Вэйтао, сделал предложение: «Попробуй водяной шпинат — это самый обычный овощ на китайском обеденном столе».
Этот «приземлённый» поворот неожиданно стал ключом к прорыву. Долгосрочный эксперимент по воздействию в конечном итоге увенчался успехом, и соответствующие результаты были успешно опубликованы в ведущем экологическом журнале Environmental Science & Technology.
Столкнувшись с неудачами в исследованиях, Ауранг использовал знакомый ему тяньцзиньский завтрак как метафору: «Исследование иногда похоже на приготовление цзяньбина — если температура не та, попробуй другой рецепт».
Третий барьер: от «иностранного студента» до «старшего брата»
В исследовательской группе Ауранга 19 китайских и иностранных студентов, которую он описывает как «мини-ООН». Во время дискуссий свободно льётся английский; на перерывах разговоры плавно переключаются между китайским и английским, с occasional шутками на урду.
В этой «мини-ООН» Ауранга ласково называют «старшим братом».
Это звание он получил не потому, что он самый старший, а благодаря тому, что он делает. Помогая научному руководителю проверять заявки иностранных студентов, он обращает внимание на тех, кто не только академически силён, но и открыт умом; как представитель пакистанских иностранных студентов он является «первым гидом» для новичков — помогает им оттачивать статьи слово за словом и терпеливо объясняет процедуры.
Многие младшие товарищи помнят характерное приветствие Ауранга с иностранным акцентом, когда они впервые вошли в лабораторию: «Ни цзэньмэян?» (Как дела?) Это приветствие, которое он «изобрёл», всегда сначала заставало людей врасплох, а затем вызывало понимающую улыбку. Со временем эти простые слова стали негласным «тёплым кодом» внутри исследовательской группы.
Всякий раз, когда новые студенты благодарили его, он махал рукой и сверкал своей фирменной улыбкой: «Без проблем, мы — семья».
Это тепло не было односторонним. Однажды Ауранг случайно повредил ногу, играя в бадминтон, и его научный руководитель и однокурсники навестили его с молоком и фруктами, даже «приказав» ему хорошо отдохнуть два месяца, сказав: «Не беспокойся об экспериментах». «Это мой второй дом», — сказал Ауранг.
Научный руководитель Ауранга Лю Вэйтао сказал: «Он был моим первым иностранным докторантом. Его приезд дал мне более глубокое понимание подготовки иностранных студентов, и я также увидел исследовательские искры, возникающие на стыке китайской и иностранной культур. Мы одновременно учителя и друзья, растём вместе».
«Расти вместе» — эти слова, возможно, лучшее определение учёбы за рубежом.
Не только человек в лаборатории
Жизнь Ауранга не ограничивается лабораторией.
Его пригласили стать гостем в эфире урдуязычного канала CGTN, рассказывая историю Китая пакистанской аудитории на родном языке. Он также ездил на велосипеде вдоль реки Хайхэ с молодёжными представителями из разных стран, делясь своими наблюдениями и любовью к Тяньцзиню.
Он любит запечатлевать свет и тени города через объектив, и он любит кампус осенью. От долины Сват до Тяньцзиня он описывает себя как вошедшего в «мир будущего». Но спустя семь лет этот город для него уже не просто «мир будущего» — это место, где он по-настоящему жил, работал и строил отношения.
Следующий шаг: привезти знания домой
После завершения докторантуры в 2026 году Ауранг планирует продолжить постдокторские исследования в Китае. Но его долгосрочная цель ясна: привезти знания и технологии восстановления почв в Пакистан, поддержать устойчивое развитие сельского хозяйства Пакистана и способствовать академическим и университетским обменам между Китаем и Пакистаном.
«Моё исследование началось с заботы об экологических проблемах моей родины». Когда он впервые сказал это семь лет назад, это могло быть просто скромным желанием. Семь лет спустя оно превратилось в 11 статей в качестве первого автора и более 40 статей в соавторстве — и в конкретное, достижимое направление.
